ФК Спартак Москва новости, статьи, составы, переходы
«Очень благодарен Зареме. И высоко ценю ее мнение». Большое интервью Доменико Тедеско

Тедеско оставил яркий след в истории красно-белых. Многие отмечают, что клуб впервые за долгое время тепло попрощался с главным тренером. Немецкий специалист занял со «Спартаком» второе место, дающее путевку в Лигу чемпионов, и покинул Россию.

О своем решении не продлевать контракт Доменико сообщил еще зимой. Сейчас он в Германии, где его застал звонок обозревателя «СЭ». Мы подвели итоги полутора лет работы Тедеско в РПЛ: поговорили о главных проблемах московского клуба, выяснили, кто в нем главный профессионал, а с кем и почему пришлось расстаться, обсудили, действительно ли наши судьи худшие в мире и можно ли бороться с «Зенитом».

Шюррле и Тил

— Доменико, давайте начнем с самого начала. Вы пришли в клуб, занимающий 12-е место после пяти поражений подряд. Атмосфера стояла максимально мрачная?

— Напряженной. И не только в команде, но и в офисе. На первых порах мне приходилось очень много разговаривать — с президентом Федуном, с гендиректором Цорном, с тренером по физподготовке, с переводчиком, с персоналом, с футболистами...

Когда ты терпишь пять поражений подряд, то начинаешь сомневаться во всем — в себе, в партнерах. Пытались беседами, тренировками это чувство переломить, прервать черную серию. К счастью, в дебютном матче удалось сразу сделать хотя бы ничью с «Рубином» — 0:0.

— Еще одна большая проблема на старте — главными новичками были не слишком мотивированный чемпион мира Шюррле и голландец Тил, купленный за 18 миллионов евро, ответственность за приобретение которого взял на себя владелец. Как с этим пришлось справляться?

— Глупо отрицать, что на рекордную в истории клуба покупку делается расчет. Если он не играет, то возникают вопросы и проблемы. Очень обидно, когда вкладываешь серьезные средства, но не получаешь ожидаемую отдачу. С Шюррле все попроще, а тема Тила поднималась на каждой пресс-конференции, она действительно непростая. Мне приходилось очень много общаться и с самим Гусом, и с президентом Федуном. Отмечу, что Тил — парень с отличным характером, прилежно тренировался, но в матчах удача от него отворачивалась.

Ему ведь тоже приходилось непросто. Когда тебя купили за рекордную сумму, то это огромное давление, с которым надо справляться, это ожидания, что футболист сразу начнет давать результат без скидок на притирку. Постоянно повторял ему: «Не думай, что от тебя многого ждут. Играй спокойно, делай то, что умеешь. Мы дадим тебе время на адаптацию. Останешься в запасе, выйдешь на замену на 60-й минуте со свежими силами против подуставшего соперника, не будет большого давления».

Говорил Леониду Федуну и Томасу Цорну, что мы должны запастись терпением в отношении Тила. Но когда появилась возможность отдать его в аренду во «Фрайбург», то это стало хорошим ходом для всех сторон. Гус сам хотел уйти, чтобы проводить больше времени на поле. Я поддержал это решение.

Гулиев, Ещенко и Ребров

— Вы всегда были сторонником максимально сплоченного коллектива. Именно поэтому случились расставания с Ананидзе, который в свое время критиковал за недостаточную самоотдачу Умярова, Глушенкова, Игнатова, а также с Гулиевым, открыто выражавшим недовольство?

— Думаю, каждый тренер хочет, чтобы вся команда смотрела в одном направлении. Когда я прихожу в новый коллектив, то для меня важно каждому дать шанс. Потому что футболист ждет возможности проявить себя. Понятно, что иногда на тренировках можно увидеть такую расхлябанность, что даже нет смысла выпускать на поле. Но это исключение.

В нормальном режиме каждый получает свое игровое время, после чего надо честно обсудить с игроком, что в его действиях понравилось, а что — нет. Что следует поменять. И после этого даешь второй шанс. Это важно и тренеру — посмотреть, слышат ли его, — и футболисту, который понимает: мне дали шанс, потом разобрали игру, и я снова смог себя показать.

— Гулиев был недоволен игровым временем?

— Конечно, он хотел иметь его больше, но в центре полузащиты у меня имелись Зобнин, Крал, Умяров, Бакаев. Мало играешь — недовольство растет.

— Говорят, что Аяз резко ответил вам на собрании на сборе перед началом сезона-2020/21, после чего хавбека перевели в «Спартак-2». Это правда?

— Нет. Скажу так: я даю футболистам шансы проявить себя, всегда готов к разговору, есть много возможностей со мной объясниться. Но существуют также границы, которые не стоит переступать. Больше по этой теме ничего добавлять не хотелось бы. Думаю, все понятно.

— Мое мнение: ваше лучшее решение за эти полтора года — дважды продлить контракты с Ребровым и Ещенко, которые крайне важны в раздевалке. В первый раз это вызвало удивление людей со стороны, поскольку ветераны почти не играли. Трудно было убедить руководителей пойти на такой шаг?

— Во-первых, соглашусь, что это крайне важно. А во-вторых, убедить не стало проблемой. В каждой команде складывается своя иерархия. Ещ и Артем — как отцы для этого коллектива. Как клей, который склеивает все детали вместе. Ребров играл совсем мало, Ещенко — побольше. Даже в последнем матче с «Ахматом» он был невероятно крут. Выглядел супер! Андрей знает, как идти в единоборства, у него отличная техника, парень здорово обучен. Каждый навес и передача доходят до адресата. У него есть стержень, Ещ неуступчив, очень опытен, глубоко понимает игру.

Но даже если мы закроем глаза на футбольные вопросы, то за пределами поля эти двое очень важны: шутят с молодыми, направляют в правильную сторону, к их мнению все прислушиваются. Было бы фатальным не продлить с ними соглашения. Артем и Ещ должны быть в раздевалке. После того как подобные аргументы я приводил руководству, никаких возражений не возникало.

Крал и Бакаев

— Кто самый большой профессионал в «Спартаке»?

— О, я бы назвал всех. Но если можно только одного, то выделю Крала. Чех не вылезал из тренажерного зала. Как-то спросил у меня после выходного: «Тренер, могу после занятия остаться, чтобы поделать рывки со сменой направлений?» Отвечаю: «Нет, для отдыха не надо». — «Хорошо, понял». Через неделю снова: «Тренер, могу поделать рывки со сменой направлений?» — «Нет, Алекс, сегодня день после выходного». — «Но я вчера уже подготовил мышцы самостоятельно». Это было смешно. Крал из тех, кого надо тормозить, а не подталкивать.

— Похоже, человек очень хочет в АПЛ. В последнее время много разговоров о его возможном переходе в «Вест Хэм».

— В Англии отличный чемпионат. Если у Крала есть такая цель и он ее достигнет, то буду за него очень рад. Как за каждого, кто ставит перед собой планку и берет ее.

— В первый ваш сезон лидером был Бакаев, показывавший отличный футбол. Что случилось потом?

— У Бакаева случился коронавирус в мае прошлого года — в тот момент, когда команда в Тарасовке готовилась к рестарту РПЛ. Это отбросило его назад и сказалось на всей последующей части года до зимы, поскольку между чемпионатами пауза оказалась всего в две недели. Получается, мы играли на том фундаменте, который заложили в мае-июне. Бакаеву не хватало той «физики», что была в начале 2020 года до коронавирусной паузы. Зелимхан тогда набрал сумасшедшую форму: забил «Динамо» в премьер-лиге, ЦСКА в Кубке.

К сожалению, на тот уровень он пока так и не вернулся. После сорванных сборов у него пропала мощь. Все цеплялось одно за другое: стал травмироваться, терял уверенность в собственных силах. Хотя в желании Бакаеву не откажешь — всегда хотел играть, проявлять себя, но где-то еще и не хватало удачи. А зимой «Спартак» вернул Промеса, и у нас появилось еще больше альтернатив при выборе состава, больше вариантов, что не сделало жизнь Зелимхана проще.

Цорн и Газизов

— За все время в «Спартаке» вы, кажется, получили только одного футболиста, которого действительно хотели, — Соболева. Остальные новички с вами просто согласовывались, верно?

— Можно так сказать. Прихода Соболева действительно желал.

— Это единственная покупка Цорна в ваш период — человека, который вас пригласил в «Спартак». После его ухода жизнь стала сложнее? В том числе в плане трансферов.

— С Томасом у нас установились доверительные отношения. Что логично — он меня позвал в «Спартак». Мы все обсуждали до деталей: кто уходит совсем, кого отдаем в аренду, кого приобретаем, какие цели ставим перед собой... Некоторое время генерального директора не было вообще. В этот момент мне очень помогли Федун и Зарема, которые вернули позитивный настрой.

— У вас возникало ощущение, что Шамиль Газизов хочет видеть другого тренера?

— Нет. Я концентрировался на своей работе, на том, на что могу влиять.

— У вас не установились с Газизовым столь же доверительные отношения, как с Цорном?

— Это все-таки разные ситуации. Томас приглашал меня в «Спартак», какие-то вещи мы проговаривали еще до подписания контракта. Понятно, что ты доверяешь тому тренеру, которого позвал. Если я не справляюсь, то автоматически и он терпит неудачу. Это нормально.

С Газизовым, понятно, мне было посложнее. Во-первых, языковой барьер — Шамиль говорит только по-русски. Во-вторых, он проработал всего пять месяцев — весьма короткий срок.

Урунов, Кокорин и Мозес

— Первые два новичка от нового генерального директора — Урунов и Кокорин. Что подумали после их переходов? «Наш состав явно стал сильнее»?

— Урунова знал по «Уфе». Это хороший парень с приятным характером. У него отличный потенциал, и он его демонстрировал. Интересный исполнитель, которого надо развивать. Ему нужно объяснять, в какой футбол мы играем. «Спартак» старался владеть мячом — всегда было преимущество в этом компоненте. В том числе в домашнем матче с «Зенитом», когда сделали ничью 1:1. Урунов тогда вышел в стартовом составе на позиции «шестерки» и провел на поле 85 минут.

Но для развития таланта требуется время, а «Спартак», как и любой другой топ-клуб, ограничен в этом плане — результат нужен здесь и сейчас. У нас и без того было много молодежи. Кокорин — футболист с опытом, который здорово выступал у Роберто Манчини, с несколькими годами в «Зените» за плечами, с игрой за сборную. Александр мог помочь команде.

— Помог?

— Ему, как любому новичку, тоже требовалось время для адаптации. Но Кокорина преследовали неудачи — форвард травмировался. Из-за этого полгода получились довольно скомканными, Саша появлялся на поле не так часто. Хотя, когда это происходило, приносил пользу — и моменты создавал, и голы с пенальти забивал.

— У многих часто возникают сомнения в том, что Кокорин по-настоящему мотивирован. Каким вы находили его в тренировочном процессе?

— Саша всегда хорошо работал в «Спартаке». Не было ни единого занятия, после которого я бы сказал: «Что-то Кокорин бегал без желания». Он отдавался на сто процентов.

— Третьего новичка вам пришлось ждать до конца трансферного окна. При этом вы все время повторяли, что нужен правый защитник, но в слухах постоянно всплывали фамилии опорников. Что происходило? Вам приходилось спорить?

— Нет. Когда меня в клубе спрашивали, на какую позицию требуется футболист, то говорил: правый защитник. К сожалению, получили его слишком поздно. Это очень печально. Позади осталось уже 10 туров, кубковая встреча. Мозес приехал прямо перед матчем 11-го тура с «Химками», вышел на замену, поскольку не был готов на сто процентов — возникали пробелы и в игровой практике, и в тренировочном процессе. Когда вижу, что «Спартак» отстал от «Зенита» на восемь очков, то мне особенно жаль, что взяли Мозеса так поздно. Кто знает, что вышло бы, получи мы новичка перед началом сезона.

— Ходили разговоры, что на вас пытались давить, чтобы оставили Зобнина справа в защите, а клуб купил опорника. Это действительно так?

— Давления на меня не оказывалось. Мы много говорили о правом защитнике, и офис тоже хотел приобрести новичка на эту позицию. Зобнин — суперигрок с суперхарактером. Я говорил о профессионализме Крала, но Роман не уступает чеху в этом компоненте. Зоба выходил там, где его просил. Когда говорил, что надо справа в обороне, тот отвечал: «Конечно, сыграю там, где нужно для команды».

Но Роман — опорный полузащитник. Я не могу постоянно использовать футболиста не на его родной позиции только потому, что это приятный парень и всегда действует в интересах коллектива. Обещал Зобе: «Рома, мы найдем правого защитника, и ты вернешься на свое место». Да и вообще, невозможно пройти весь сезон с единственным правым защитником. Случаются травмы, болезни, дисквалификации. Поэтому нам нужен был человек на это место, которого Зобнин при необходимости изредка подменял бы.